La Myrrhe Serge Lutens Les Salons du Palais Royal Shiseido

Природа жаждущих степей
Его в день гнева породила,
И зелень мертвую ветвей
И корни ядом напоила.

Яд каплет сквозь его кору,
К полудню растопясь от зною,
И застывает ввечеру
Густой прозрачною смолою.
Анчар. А.С. Пушкин

Этот обжигающий, медленный, но неизбежно смертельный яд ни в коем случае нельзя распылять. Невероятное счастье, что La Myrrhe была выпущена в коллекции Palais Royal, а значит во флаконе сплэш. Я могу наносить La Myrrhe едва ли не иголочкой и как можно дальше от носа, всегда имея в виду возможность смыть духи, не дожидаясь приступа головной боли.

Густая красная смола La Myrrhe только в первые минуты кажется холодной и гладкой как глаз задремавшего дракона. Уже через минуту она вспыхивает огнём, острыми альдегидами, сладким мандариновым соком, специями, горячим мёдом и миндалем. От изобилия и пестроты, от холода и жара, от мерцания свечей, от черноты вокруг них, начинает кружится голова. И вот ты уже влип, ноги подкашиваются, кажется, будто летишь в колодец, и никто не слышит твой крик.

La Myrrhe уникальный, очень странный аромат. Я не понимаю как его можно носить, как его можно носить каждый день. Это ядовитый анчар, который навсегда меняет представление о силе искусства парфюмерии и о человеческих возможностях.

La Myrrhe Serge Lutens Les Salons du Palais Royal Shiseido

La Myrrhe Serge Lutens Les Salons du Palais Royal Shiseido (1995)
Парфюмер Кристофер Шелдрейк
Мандарин, лотос, жасмин, мирра, горький миндаль, перец, сандал, мед, амбра, мускус

O Hira 777 Stephane Humbert Lucas

O Hira — головокружительный дым и сиропная западня. С первой секунды напомнил амуажевский Al Mas, но у Stephane Humbert Lucas сладкая приманка получилась интереснее.

Сначала в O Hira главная — амбра. Амбра с песком, солью и перцем. Потом вокруг неё начинают жечь.  Жечь ароматические палочки, драгоценное дерево, свежую и окаменевшую смолу.  В какой-то момент к этому жертвенному дыму примешивается дым кондитерский, прозаический, абсолютно земной. Дым из духовки, где печется что-то невообразимо сладкое, с медом, миндалем и ягодами, с корицей и, конечно, с ванилью.

O Hira 777 Stephane Humbert Lucas

Аромат O Hira назван по имени пещеры, в которой по легенде скрывался пророк Магомед, но мне думается, что парфюмерная история O Hira 777 Stephane Humbert Lucas — это рассказ не о месте, где прятались, а о месте, где праздновали.

O Hira 777 Stephane Humbert Lucas
Амбра, кожа, дерево, стиракс, корица, бобы тонка, ваниль, мускус.

Etiquette Bleue D`Orsay

Мне нравился Etiquette Bleue еще задолго до очередной смены владельца дома D`Orsay и реформулировки в 2008 году, но тогда я понятия не имела, что такое фужеры.

Etiquette Bleue D`Orsay

И тогда  сейчас Etiquette Bleue представляет собой прозрачную английскую акварель. Разнообразные, немного мыльные цитрусовые и лекарственные травы повествуют о неспешном утреннем туалете сельского джентльмена. В тонкую белоснежную рубашку он переоденется к ужину, а пока, для прогулки подойдет простая льняная. Только лён умеет так приятно холодить кожу и долго хранить запах лавандового саше из бельевого шкафа.
Дальше по фужерному сюжету в аромате должна появиться сама прогулка — сено, лошади, лес, мох. В прежнем выпуске Etiquette Bleue она была, хоть и не до самого леса. В последнем выпуске джентльмен никуда не пойдет дальше крыльца. Выйдет, окинет взглядом пастораль, выпьет явно не чай из увесистой фляжки и вернется в дом, чтобы скучать не на лоне природы, а в тепле и комфорте.

Etiquette Bleue обвиняют в нестойкости. Он действительно держится близко к коже, пахнет уютно и тихо как плечо того самого сельского джентльмена из романов викторианской Англии. Но я не назвала бы аромат беспомощным. Он очень мужской, старомодно мужской. В нем нет ни имбиря, ни уда, ни какого бы то ни было континентального легкомыслия.

P.S. В различных обзорах и описаниях все называют Etiquette Bleue одеколоном, никто и нигде не упоминает лаванду, гелиотроп и кумарин, но я их явственно чувствую.

Etiquette Bleue D`Orsay (1830, 1908, 2000, 2008)
Бергамот, апельсин, лимон, петигреневое масло, розмарин, палисандр, флердоранж, сандал, мох.

Oumma 777 Stephane Humbert Lucas

Поняла, что воспринимаю марку 777 Stephane Humbert Lucas как популярнейший сериал Game of thrones. Жестокость и непредсказуемость, страсти политиков, которые сейчас не увидишь, обнаженные эмоции плюс немного мистики в сумме дают увлекательное зрелище. Иной раз забываешь, что были настоящие Йорки и Тюдоры, резня гугенотов, сожжение Орлеанской девы, интриги Борджиа.

Oumma 777 Stephane Humbert Lucas

Oumma 777 Stephane Humbert Lucas напоминает мне первый сезон, где они убили Шона Бина повествование начинается на Севере в мрачном замке Старков и постепенно перемещается в яркую и шумную столицу.
Oumma стартует необычно — холодной кожей и сухими специями. Потом резкое и продолжительное соло пачули и мускуса, и только за ними, очень не сразу, со скоростью рождения дракона разворачивается настоящая арабская красавица роза. С фруктовыми обертонами, с горечью масла и сладостью клубничного мармелада, с душноватым бензиновым послевкусием, которое сливается с благородным для араба и диким для европейца удом.

В финале Oumma напомнила мне аттар Afrah Amouage, с той лишь разницей, что Afrah — кажется очень древним, а в Oumma нет самоуверенности и отваги традиционных аттаров. Кажется, будто Oumma боится сама себя и подрагивает как рука сценариста.

Рядом с реальной и, надо сказать, зрелищной историей арабской парфюмерии родилась и процветает история некоего выдуманного, параллельного мира 777 Stephane Humbert Lucas. Зачем она родилась?

Oumma 777 Stephane Humbert Lucas
Жасмин, роза, перуанский бальзам и бальзам толу, кедр, кипреол, уд.