Помнится, был февраль, когда мне ничего не хотелось носить кроме Derby и Mitsouko. Это был месяц их романа. Я — только декорация, где разыгралась история отношений, похожих на любовь.
Derby — пленник первого впечатления. Кожа, коньяк Васпуракан, мох, благородное дерево, старомодный гвоздичный одеколон. Тихий кабинетный алкоголик с бурным прошлым. Обаятельная, харизматичная сволочь, посмеивающаяся в усы. Дон Жуан в отставке. За что и любим. Главное — не пытаться вывести его на чистую воду, просчитать. Если принять Derby таким, какой он есть, откроется океан нежности. Он может быть восхитителен на … детской коже.
Речь, конечно же, о старой версии. Перебранный Дерби похож. Может быть интересен для тех, кто не пробовал и не любил первый вариант 1985 года. Коньяк подешевше, три звездочки. Кожа турецкая. Классический гвоздичный одеколон заменили на мятную пену для бритья. Из английского лорда Дерби превратился в менеджера среднего звена. Это не худшее, что с ним могло произойти. Лучше, чем смерть и забвение.
Почему-то парфюмерные обозреватели как сговорились, называют Vent Vert весенним. А для меня он — июльский. Вы можете возразить, что газоны начинают стричь уже в апреле, что Vent Vert — это запах молотой травы из под газонокосилки. Что именно этот запах швыряет в лицо сырой, пополам со снегом весенний ветер. Но в апреле земля еще холодная. А в Vent Vert нет ни одной холодной ноты. Свежесть, нарисованная одними теплыми красками — зеленой, солнечно-желтой, персиковой, розовой, бежевой, коричневой. Как это сделано?
