Создан в 1911, мой экземпляр выпущен в 1951 году, еще при жизни и, вероятнее всего, под чутким присмотром автора — Жака Герлена.

Если пытаться классифицировать, начало будет oriental spicy. Как в L’heure bleu начинается острым сладким кондитерским анисом, затем еще какие-то кондитерские же (не суповые и не макаронные) специи, которые я идентифицировать не могу. И мята. Очень неожиданный компонент и редкий в парфюмерии. Особенно в те годы. Подозреваю, это был герленовский ответ Emeraude Coty. Из цветов солирует нарцисс, в кордебалете жасмин с флердоранжем, подогретые цибетином. Сквозь плотный нарциссовый туман проступают оррис и фиалка. Но цветы тут не главные, они лишь усиливают жгучесть и сладость специй и контрастируют с прохладой мяты. На стадии, когда оррис окончательно смягчает и разбавляет нарцисс, вступают бобы тонка, кожа и амбра. Кожа поначалу кажется дегтярной, но это все еще фонят специи и подтягиваются бальзамы со смолами. Пачули тоже есть, но бальзамы не дают им подсушить композицию, которая остается влажной, туманной и прозрачной. За прозрачность отвечает амбра. В финале переливаются ментоловый холод, пушистая пудра и чуть маслянистая теплая анималика.